6 августа в Беларуси ожидается до +35 Доллар установил новый рекорд – 15 565 В Британии арендодатели могут попасть в тюрьму из-за съемщиков-нелегалов Минторг закрыл «Новоселкин» Госстандарт запретил реализацию строительных инструментов из России и Китая Успеть приватизировать и не прогадать: ответы на главные вопросы приватизации Размещение рекламы на сайте hata.by Белорусский отель с французским шиком: в Минске откроют «NOVOTEL MINSK MAYAKOVSKAYA» Как разделить недвижимость в случае развода Власти США выделили $3 млрд в помощь безработным ипотечным должникам

Северный переулок – деревянная жемчужина железобетонного Минска

Опубликовано: 2 февраля 2012

Автор: Александр Лойко

В шаговой доступности от центрального вокзала, рядом с театром музкомедии, затерялся один из самых уникальных кварталов Минска – Северный переулок. Комплекс из восьми домов включен в список историко-культурных ценностей Беларуси, но гарантирует ли защита государства полноценное существование чудом уцелевшему памятнику деревянной архитектуры?

Как известно, в Средневековье городские кварталы строились преимущественно из дерева. Из камня начали строить со второй половины XVI столетия, но это были в основном административные и культовые сооружения. Костяк каменной архитектуры сложился к началу XX века на территории исторического центра Минска. Остальные предместья и городские окраины состояли из деревянных построек.   

Например, сформировавшийся в XVII - XVIII столетии район Переспа, или Троицкое предместье, которое раньше представляло собой деревянное предместье, раскинувшееся вокруг Троицкой горы.

Говорят, генсек партии Никита Хрущев в 1960-ых годах пытался найти исторический центр Минска. После безуспешных попыток отыскать старый город он приказал восстановить хотя бы его фрагмент. В итоге минчане получили отреставрированную бывшую окраину нынешней столицы –  Троицкое предместье.

Если посмотреть на Минск начала XX века, то мы увидим, что 80% территории города было застроено деревом. В то время в городе началось интенсивное строительство. К нему активно присоединялись близлежащие деревеньки. В 1891 году площадь Минска составляла 1700 десятин (десятина = 1,093 гектара), а в 1913 году – уже 5417. Если верить первой всероссийской переписи населения 1897 года, то численность Минска насчитывала 90,9 тысяч человек. В 1917 году эта цифра увеличилась до 134,5 тысяч человек. Правда стоит обмолвиться, что в это время город был переполнен беженцами и военными.

Переспа. Начало XX столетия

Количество деревянных кварталов увеличилось в 20-30-ые годы XXвека. Помните, как в романе Булгакова «Мастер и Маргарита» Воланд говорит о москвичах, мол, люди как люди, ничто человеческое им не чуждо, но вот только квартирный вопрос их испортил? Наверное, то же самое он сказал бы и о тогдашних минчанах. В то время такая проблема действительно существовала, т.к. Минск стал столицей советской республики, и практически все каменные здания были заняты под административную функцию.

Застройка Троицкой горы 

- К сожалению, сейчас сохранились в основном массивы послевоенной застройки, – говорит председатель Белорусского добровольного товарищества охраны памятников истории и культуры Антон Астапович. - Районы с историческим и культурным значением стремительно исчезают. От Уборок осталось лишь несколько домов. Практически полностью ликвидировано такое предместье как Серебрянка. Новое капитальное строительство поглощает Грушевку.

Троицкое предместье

Целостный ансамбль деревянной архитектуры предстает лишь в виде упомянутого выше Северного переулка. Сохранился этот угол типичной городской застройки конца XIXвека во многом благодаря Белорусскому государственному музею народной архитектуры и быта, который в 90-ых добился включения этой застройки в Государственный список историко-культурных ценностей.

Грушевка. 30-ые гг. XX века

Мечтая о рельсах 

Застройка Северного переулка была сформирована в 1890-ые годы на месте поселка Добрая Мысль. Когда построили Брестский вокзал, возникла проблема с жильем для инженеров и работников железной дороги. Тогда по решению начальника Брест-Литовского вокзала Адама Язвинского началось возведение двух кварталов домов железнодорожников. А там, где сейчас трамвайное кольцо, между Брестским и Виленским вокзалом, стояла церковь, которая продолжала работать до 60-ых годов XX столетия.

Брестский вокзал

- Железнодорожники в то время были важной частью общества. Фактически в их рабочей среде сформировалась белорусская интеллигенция, - рассказывает историк архитектуры, преподаватель ЕГУ Сергей Харевский. - Евреи не могли работать на железке по причине религиозных предписаний. Прежде всего, из-за соблюдения шабата, который запрещает работать в субботу. Поэтому пахать семь дней в неделю могли в основном христиане, с высоким на то время уровнем образования.

Перрон деревянного Александровского (Брестского) вокзала Московско-Брестской железной дороги на Суражской улице, построенный в 1871 году 

Действительно, на железной дороге трудились поэты Янка Лучина и Алесь Гарун, один из авторов «Нашай Нівы» Альберт Павлович, один из основателей белорусского национального театра Владислав Голубок. В управлении Либаво-Роменской железной дороги работал поэт Максим Богданович. Несомненно, это была одна из самых просвещенных частей общества.

 

Северный переулок. Фото А. Адамовича

Кроме того, этих ребят боялась царская власть. Историк Захар Шыбека рассказывает в своей книге «Менск 100 гадоў таму» об исключительной дисциплинированности, сознательности и самоуважении железнодорожников. В марте 1876 года 300 рабочих мастерских Московско-Брестской железки хорошенько встряхнули городское управление: они провели первую в Беларуси забастовку.

Северный переулок. Фото А. Адамовича

Во время первой российской революции 1905-1907 гг. сила их сплоченности проявилась в организации всероссийской стачки. Сделали они все четко и оперативно. И не случайно, ведь они владели железнодорожным телеграфом. В итоге страна была парализована. Не зря говорят: кто владеет информацией, тот владеет миром.

Конечно, такой расклад гарантировал работникам железки массу льгот: оплачиваемый отпуск, право бесплатного проезда в поездах, квартирные льготы и т.д. В 1911 году месячная зарплата железнодорожников составляла примерно 32 рубля, в то время как заводской рабочий получал в среднем 15,2 рубля. Многие из них получали комфортные и шикарные по меркам того времени дома, например, в том же Северном переулке. Наверное, они же относятся к первым квартиросдатчикам.

Северный переулок. Фото А. Адамовича

По словам Сергей Харевского, для белорусов XIXвека железная дорога имеет такое же значение, как для других народов море:

- Мечта белорусских мальчиков царских времен о далеких странах эквивалентна мечте стать моряком, - говорит историк. - Можно было, сидя на станции или около рельсов, думать о том, как ты отправишься в далекие страны, проносясь между глухих поселков и болот. Именно этот образ и лег в основу такого персонажа нашей литературы, как Миколка-паровоз.

Сохранить сохранили. Что дальше?

Вопрос сохранения застройки Северного переулка поднимался еще в 80-ые годы. Однако все не так просто, как кажется. Наверное, никто другой так не знаком с проблемами памятников деревянной архитектуры как Антон Астапович, который в 90-ые годы работал начальником сектора в экспозиционном отделе Белорусского музея народной архитектуры и быта. Группа, исследовавшая деревянные предместья, входила в его сектор.

- Загвоздка в том, что, осознавая всю важность сохранения такого уникального явления в материальной культуре Беларуси, не совсем понятно, как именно ее сохранять? - задается вопросом Антон Астапович. - Все памятники архитектуры контролируются жесткими регламентами. Нужно сохранять объект именно в его историческом облике. Это значит, что для проведения работ на этой территории нужны научные обоснования, которые не позволят нарушить объемную и планировочную структуру.

Застройка на ул. Карла Маркса 30-ые. гг. XX века

Ситуация осложняется тем, что это архитектура «живая», т.е. в этих домах до сих пор живут люди, а поскольку комплекс находится под защитой государства, то им в XXIстолетии приходится  жить в условиях конца XIX-го.

- Если этих людей расселять, то затраты на это мероприятие лягут грузом на плечи инвестора либо на городской бюджет, - рассуждает Астапович. – Кроме того, в любом случае нужно обдумать функцию, которая будет заложена в основу комплекса. Поэтому конфликт не в том, нужно или нет сохранять эту застройку. Понятно, что нужно. Но перед тем, как ставить вопрос о сохранении конкретного квартала деревянной застройки, нужно сначала разработать проект его регенерации и сделать минимальные экономические расчеты. Это не должен быть мертвый анклав. Он должен работать – подчеркнул специалист.

Застройка на ул. Карла Маркса 50-ые. гг. XX века

Сейчас два здания Северного переулка, 22 и 26, находятся на балансе Белорусского государственного музея народной архитектуры и быта, у которого нет средств, чтобы привести их в порядок.

- Представители общественности часто говорят, что на месте Северного переулка можно было бы сделать музей. Но, во-первых, никто не думает, где взять фонды под музей. Из чего делать нормальную экспозицию? - рассуждает Астапович. - Во-вторых, любой музей – это дотационное учреждение. Где взять финансы на его содержание? Ведь даже большой поток туристов не привел бы к самоокупаемости.

Выход из сложившейся ситуации видится специалисту в создании камерного делового центра с элементами музеефикации, через научно обоснованный национальный дизайн интерьеров.

Застройка района Сторожевки 

- Если в Северный переулок вложить функцию офисных зданий, там мог бы получиться небольшой симпатичный деревянный бизнес-центр. Это не было бы чем-то сродни Троицкому предместью, но, тем не менее, он был бы притягательным местом для туристов. Можно совместить офисы и кафе, как место для отдыха элитарной публики, которая, не жалея, попрощается с деньгами только при условии сохранения аутентики, - предполагает Антон Астапович. 

Историк Сергей Харевский видит решение этой проблемы в том, что квартал возьмет на баланс Управление Белорусской железной дороги. Часть строений можно было бы отдать под филиал музея железнодорожников. Тем более, что все проекты сохранились, и можно восстановить дома в первоначальном виде.

Застройка на улице Мясникова

- Основательная научная реставрация зданий, их реновация, демонстрация традиционных высококвалифицированных работ прошлого может послужить своего рода демо-версией и хорошим примером для современного приусадебного и дачного строительства, - считает историк архитектуры.

К слову, исследованиями деревянных предместьев Минска занимались Александр Локотко, Юрий Чантурия и сотрудники Белорусского государственного музея народной архитектуры и быта. Материалы исследований: обмеры, фотофиксация, научные описания сохранились и находятся в архиве музея. Кроме того, практически на 100% сохранился фонд Минского городского управления, где можно отыскать проектные дела, по которым строились все здания города, и сделать виртуальную графическую реконструкцию всего деревянного Минска. Наверное, это было бы интересно не только специалистам, но и всем остальным жителям страны.


Оставьте Ваш комментарий





Коментарии к статье (0)

Читайте также:
1.383711