6 августа в Беларуси ожидается до +35 Доллар установил новый рекорд – 15 565 В Британии арендодатели могут попасть в тюрьму из-за съемщиков-нелегалов Минторг закрыл «Новоселкин» Госстандарт запретил реализацию строительных инструментов из России и Китая Успеть приватизировать и не прогадать: ответы на главные вопросы приватизации Размещение рекламы на сайте hata.by Белорусский отель с французским шиком: в Минске откроют «NOVOTEL MINSK MAYAKOVSKAYA» Как разделить недвижимость в случае развода Власти США выделили $3 млрд в помощь безработным ипотечным должникам

Почему шляхетские усадьбы не хотят продаваться

Опубликовано: 30 марта 2012

Автор: Александр Лойко

Попытки пустить с молотка усадебные комплексы принимались властями не раз. Сказать, что они увенчались успехом – ничего не сказать. Недавно стало известно, что Министерство культуры предложило заняться продажей памятников истории агентствам недвижимости.

Корреспондент hata.by решил побеседовать на эту тему с человеком, который не первый год следит и активно участвует в судьбе культурного достояния Беларуси – председателем Белорусского добровольного общества охраны памятников истории и культуры Антоном Астаповичем.

Скажите, как Вы относитесь к тому, что усадьбы пытаются продавать через агентства недвижимости?

Идея-то в принципе хорошая - сохранить усадьбы. Однако в целом тенденция очень тревожная. Как только я увидел эту информацию, то сразу вспомнил конец 2009 года. Тогда озвучивалась похожая инициатива. Был составлен список из 48 усадебно-парковых ансамблей, которые имели статус памятников. Список составило Министерство культуры. Был оформлен протокол поручений Совмина, где рекомендовалось выставлять усадьбы на аукционы и даже передавать частникам за одну базовую величину, при условии реставрации и приспособлении под культурно-туристические цели. Однако этот список не заработал. Не заработал он по одной простой причине: протокол поручений Совмина не является нормативно-правовым актом. А на основании чего тогда продавать за одну базовую величину? У нас же предусмотрена процедура проведения аукционов. Конечно, если ряд торгов признан несостоявшимся, только тогда можно продавать за одну базовую величину.

Во-вторых, я знаю ситуацию по нескольким объектам, а это как призма всей проблемы. Список из 48 усадеб был составлен, но у подавляющего большинства объектов не было правоустанавливающих документов: ни техпаспортов, ни свидетельств о госрегистрации. Что продавать? Наше законодательство предусматривает жесткую процедуру реализации государственной собственности. Как можно продавать объект, когда на него нет документов? Сначала нужно всё оформить, а это приличные финансовые затраты.

Усадьба в д.Стайки

Не могли бы привести пример, когда у инвестора возникали проблемы с приобретением такой недвижимости?

Когда-то мои хорошие знакомые хотели приобрести во Вселюбе в усадьбе О’Рурков две хозяйственные постройки, которые не имели статуса памятника. Они потратили полтора года на то, чтобы за свой счет оформить техпаспорта, вложили несколько миллионов. За их счет было сделано свидетельство о регистрации. В конце концов, на уровне районного архитектора было признанно, что они непригодны для эксплуатации из-за аварийного состояния. И здания им не продали, несмотря на договоренность, что их реализуют за счет оформления документов.

Что нужно сделать, перед тем как выставлять усадебные комплексы на торги?  

Перед тем как выставлять на торги, нужно узнать, есть ли у всех этих усадеб правоустанавливающие документы. Во-вторых, для того, чтобы памятник архитектуры был реализован, он должен быть оценен не просто оценщиком недвижимости, а согласно действующему законодательству.

Цена устанавливается специальным учреждением, уполномоченным Министерством культуры, и результаты оценки согласовываются с научно-методической радой.

Усадьба в деревне Флорианово 

Известно, что цены на усадьбы низкие. Однако более важно требование, выдвигаемое Минкультом – восстановление первоначального облика объекта. 

По-моему, уже не стоит говорить, как у нас соблюдается закон об охране культурного наследия при проведении работ на памятниках историко-культурного наследия. Ни Министерство культуры, ни местные законодательные и исполнительные органы власти, которые должны отслеживать адекватное проведение работ, не ведут нормальных полноценных инспекций. Где гарантии, что эти уникальные историко-культурные ландшафты не будут безвозвратно испорчены? В сегодняшней ситуации может было бы лучше, чтобы памятники постепенно деградировали. Даже если они разрушаются, всегда сохраняется возможность их научно-обоснованного восстановления.

Но должны же быть и положительные примеры.

У нас есть позитивный пример – усадьба «Краски». Волковысский райисполком продал ее за 100 тыс. долларов. Туда пришел российский инвестор Селихов, владелец торговой сети в Салехарде, на Северном Урале.

Туда был рекомендован хороший научный руководитель, гродненский архитектор Елена Пархута. Она не первый год занимается вопросами охраны историко-культурного наследия. На данный момент там сделана расчистка и инвентаризация парка. К слову, не было вырублено ни одного дерева. Закончена реставрация одного из флигелей. К самому дворцу должны приступить в этом году.

Усадьба в деревне Краски

Многие усадьбы разрушаются руками местных властей. Например, в прошлом году на Пружанщине было уничтожена последняя деревянная шляхетская усадьба на Брестчине. 

Я всегда все рассматриваю через призму права. Да, это было историческое здание. Да, это был уникальный культурный ландшафт. Но эта усадьба не имела статуса историко-культурной ценности. И никто из местных краеведов, которые начали кричать, что её  уничтожают, даже не позаботился о том, чтобы подать предложение в Министерство культуры.

Много кто где говорит о проблеме. Мы даем рекомендации по разработке предложений о присвоении статуса памятника, высылаем все нормативно-правовые акты, образцы предложений – и все, реакции никакой. Кого мы должны в этом случае ругать: чиновников или самих себя?

Когда говорят об уничтожении объектов, не имеющих статусов памятника, я не имею морального права осуждать наших чиновников, потому что мы сами, и я в частности, в этом виноваты. Если говорить об объектах, которые имеют статус памятников, то это уже другая история. Это объекты, которые находятся под охраной государства.

Усадьба Бишевского

Беларуси досталось богатое наследие шляхты ВКЛ и Речи Посполитой. Тем не менее, реальность показывает, что не очень то оно нам надо, раз стараемся продать остатки роскоши россиянам. Как так получилось? Откуда возник такой пробел в исторической памяти? Виноват как всегда Советский Союз?  

Многие стараются спихнуть все на Советский Союз, мол, все было уничтожено в то время. Это неправда. Наибольшая катастрофа, упадок и уничтожение усадеб наблюдается именно в истории независимой Беларуси.

Конечно, во время войны постарались советские партизаны. В 1943 году появился приказ штаба партизанского движения уничтожать объекты, которые могут использоваться фашистами как казармы, госпитали и т.д. Конечно, партизаны не шли в местечко, в котором располагались целые гарнизоны, чтобы отдавать свою жизнь, чтобы что-то там уничтожить. Они просто брали и жгли усадьбы, где не было никаких фашистов.

В Советское время в Восточной Беларуси усадьбы не уничтожались. Все они национализировались в госсобственность. Затем использовались в качестве колхозных контор, коммун, больниц, детсадов и других учреждений. С 1939 года это началось на территории Западной Беларуси.

В 80-ые годы в Беларуси пошли бешеные инвестиции в сельское хозяйство. Их нужно было осваивать. Поэтому строились новые школы, больницы и т.д. Соответственно, учреждения, которые там были, выводились в новые здания. Старые усадебные комплексы оставались без хозяина и начинали деградировать.

А необратимые процессы начались  именно в 90-е гг. 20 века. Именно независимая Беларусь несет ответственность за этот утраченный пласт памятников.

В связи с тем, что наши власти так навязчиво демонстрируют свою преданность идеалам Советского Союза,  можно сделать вывод, что мы считаем себя, на уровне госорганов, правопреемниками СССР. Когда-то советы незаконно забрали эту собственность у настоящих владельцев. Так почему бы не сделать попытку поиска наследников?

Если кто-то из законных хозяев проявляет интерес, передавать им их владения – это нормальный процесс. Процесс реституции. А по большому счету, мы должны им компенсации выплачивать за то, что загадили или уничтожили чужую собственность.

Усадьба д. Ястрембель

Выше мы уже упомянули, что усадьбы – это наследие ВКЛ и РП. Не видите ли Вы в этом некоторые культурные, исторические противоречия?

Да. Действительно. Где-то 95% усадебных комплексов принадлежали шляхте и магнатам, и только 5-6% российскому дворянству. Если покупают российские инвесторы, будут ли они стараться передать шляхетский дух усадеб? Я думаю, что не будут.

Взять, к примеру, усадьбу Грушевка, которая принадлежала Рейтанам. Тадеуш Рейтан - просто знаковая личность. Именно он старался сорвать «Разделительный» сейм, в результате которого произошел первый раздел РП. Неужели его память будет увековечена представителем народа, ответственного в исторической ретроспективе за разделы Речи Посполитой и её уничтожение?

Усадьба Рейтанов в Грушевке

Как Вы думаете, что все же будет в дальнейшем с уцелевшим наследием прошлого?

Моральный аспект, который мы затронули, в перспективе может стать юридическим. Рано или поздно развитие Беларуси придет к такому уровню, когда государство войдет в нормальное правовое русло. Чем глубже мы будем туда входить, тем острее будет стоять вопрос реституции. В этом есть даже опасность для инвесторов, которые будут покупать эти объекты.

Конечно, проблему решать нужно. Но подходить к ней нужно куда более серьезно. 


Оставьте Ваш комментарий





Коментарии к статье (0)

Читайте также:
1.118273