Сегодня же, когда столичные «хрущевки» планомерно ликвидируются (предполагается, что к 2010 году в Москве не останется ни одного пятиэтажного дома «сносимой» серии), становится ясно – эти неудобные, неприспособленные для комфортной жизни дома могут вызывать ностальгию. Мысль о том, что в городе не останется ни одной «хрущевки», способна, оказывается, вызвать, помимо оптимизма, и грусть. Впрочем, как выясняется, печалиться не стоит: не исключено, что последняя московская пятиэтажка уцелеет – как памятник эпохе, славной многими достижениями, хотя и не в области городской архитектуры.

Предыстория

Первые проекты в области недорогого типового и относительно комфортного жилья появились еще в 20-е годы прошлого века – и прежде всего в Германии (отчасти и в Советской России, и в ряде европейских стран). Изучением возможностей индустриального строительства активно занималась Веймарская художественно-промышленная группа «Баухауз» – по проектам группы в 20-е годы осуществлялась массовая застройка жилых рабочих кварталов. Подобные показательные кварталы строились в этот период и в Москве, впрочем, уже к 30-м годам такое строительство было вытеснено имперского размаха архитектурными проектами (так, согласно Генплану Москвы от 1935 года, в столице запрещалось строительство зданий ниже 6 этажей даже в отдаленных от центра, не требующих парадного оформления уголках города). В 1941 году ренессанс индустриального строительства был как никогда реален – предложенная секретарем Московского комитета партии Александром Щербаковым идея застройки столицы пятиэтажными домами, не оборудованными лифтами, получила одобрение Политбюро. Однако Великая Отечественная война заставила надолго забыть о любых градостроительных планах.
По окончании войны проблема типового строительства снова приобрела актуальность как в Европе, так и на территории СССР, и архитекторы вернулись к идее пятиэтажной массовой застройки. Районы, состоящие из 4- и 5-этажных домов, активно строящиеся в конце 40-х, призваны были восстановить разрушенные города. Что касается первых московских зданий нового типа, они в значительной мере отличались от тех, которые впоследствии заслужили нелестное прозвище «хрущоб»: так, железобетонные четырехэтажки просторной планировки с высокими потолками строились начиная с 1947 года на Хорошевском шоссе.

«Хрущоба» – двигатель прогресса

Что касается собственно «хрущевок» – датой рождения если не самого термина, то идеи принято считать 4 ноября 1955 года, дату подписания знаменитого постановления «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве», которым предписывалось разработать к 1956 году типовые проекты, позволяющие удешевить строительство жилья. Такие меры были вполне оправданы послевоенным подъемом рождаемости, и, кроме того, именно в этот период получили паспорта «советские крепостные» – колхозники, что повлекло за собой усиление потока «лимитчиков», направившихся работать в столицу; все эти причины сделали идею типового массового, а главное – быстрого строительства необычайно актуальной.

Прототипом для первых «хрущевок» стали блочные здания, строившиеся в Берлине и Дрездене. А уже в 1958 году по итогам конкурса на разработку проекта типового крупнопанельного дома, организованного Госстроем СССР, был утвержден проект архитекторов Лагутенко, Ханина и Марташевича. Несмотря на то что проект был несовершенным, обладал серьезным количеством недостатков, дешевизна обеспечила ему первое место на конкурсе, и проект был в кратчайшие сроки запущен в серийное производство.

Первыми «хрущевками» стали дома серии «К-7», строившиеся первым домостроительным комбинатом (ДСК-1). Здание включало в себя всего порядка 20 деталей, что делало возможным быстрое, «конвейерное» производство таких пятиэтажек. Высокие темпы строительства (только за первый год работы ДСК-1 было возведено 100 000 кв. м жилья) позволили многим семьям перебраться в отдельные квартиры; с проектированием коммунального жилья было покончено. В то же время неудобство и теснота «хрущоб» давно стали притчей во языцех: судя по всему, в категорию «излишеств в проектировании и строительстве» были включены не только башни и арки «сталинского ампира», но и раздельный санузел, а также «завышенные площади передних, коридоров и других вспомогательных помещений». Кроме того, такие дома изначально позиционировались как временное жилье – прогнозируемый срок жизни «хрущевок» составлял всего 25 лет, однако пятиэтажки начала индустриального периода домостроения задержались на российской территории по сей день.

Последние из могикан

 

Только в 1995 году в столице было заявлено о «Городской программе комплексной реконструкции районов пятиэтажной застройки первого периода индустриального домостроения», в рамках которой пятиэтажки были классифицированы как «сносимые» и «несносимые». К первой категории были отнесены дома серий: К-7, 1-МГЗ00, II-32, II-35, 1605-АМ и их модификации, ко второй – I-510, I-511, I -515. Предполагается, что к 2010 году на территории столицы не останется ни одной «сносимой» пятиэтажки (а на территории ЦАО Москвы к 2020 году будут ликвидированы все типовые пятиэтажные дома, независимо от серии).

«Я хотел бы, чтобы будущим поколениям никогда не пришлось бы жить в этих домах… Сейчас условия проживания в них ниже всякой критики», – такое заявления сделал глава столичного стройкомплекса Владимир Ресин. Тем не менее, по мнению Ресина, одна из пятиэтажек вполне может быть оставлена в качестве памятника уходящей эпохе. Ранее сообщалось об уже готовом проекте памятника «хрущевке»: по словам ректора Московского архитектурного института Александра Кудрявцева, проект разработан группой выпускников МАРХИ.

В период массового строительства столичных пятиэтажных панельных домов здания, как правило, возводились параллельно друг другу, и этот порядок застройки стал основой концепции архитектурно-ландшафтной композиции выпускников МАРХИ. Согласно проекту, комплекс состоит из нескольких домов, первый из которых планируется сохранить без изменений. Этажность соседних зданий должна убывать в той последовательности, в которой велось строительство пятиэтажек. Последний, пятый по счету, объект, по замыслу разработчиков проекта, должен быть представлен на нулевом цикле строительства.

 

 

Будет ли избран именно этот вариант «памятника пятиэтажке», с уверенностью сказать нельзя. Руководитель Департамента градостроительной политики, развития и реконструкции города не уточнил, в какой точке столицы будет находиться такой своеобразный «памятник», остаются неизвестными и принципы, согласно которым будет выбрано здание, которому удастся избежать предписанного сноса. Но сама идея оставить хотя бы единичное упоминание о прошедшей эпохе вызывает уважение: в конце концов, если не останется ни одной пятиэтажки – это будет означать, что с лица земли полностью стерт целый архитектурный период.